Как государство ограничивает интернет

Что такое цифровой авторитаризм и как он ограничивает свободу в сети

Интернет начинался как пространство свободы. Но постепенно государства стали все больше его ограничивать. Цифровой авторитаризм – достаточно новый термин, который подхватили многие современные исследователи. Это спектр разных ограничений цифровых прав и способ авторитарного управления киберпространством.

Ярким примером страны, где процветает цифровой авторитаризм, является Китай. «Великий китайский файрвол» (англ. Great Firewall of China) успешно фильтрует содержимое китайского интернета уже почти 20 лет. Файрвол ограничивает доступ к ряду иностранных сайтов на территории Китая, например, к Facebook. Также китайским сайтам нельзя без специального разрешения ссылаться на публикации и новости зарубежных порталов. Веб-страницы фильтруются по ключевым словам, связанным с государственной безопасностью, и черному списку сайтов. “Золотой щит”, как еще называют китайский файрвол, входит в состав 12 главных проектов Китая по развитию в стране электронного правительства (e-government). Но под видом общественного блага практически во все сферы жизни граждан Китая вводится строгий цифровой контроль.

С оглядкой на успешный опыт Китая другие страны с государственными режимами, приближенным к автократии, предпринимают попытки подчинить интернет. Сильные тенденции ограничения свободы в интернете прослеживаются в Беларуси после протестов 2020 года и в России, особенно с началом войны в Украине в феврале 2022 года.

В 2021 году организация Freedom House опубликовала доклад Freedom on the Net («Свобода в сети»), в котором составлен рейтинг свободы интернета в мире. Авторы отмечают, что уровень онлайн свободы в мире падает уже 11-й год подряд. Наибольшее ухудшение ситуации в 2021 году отмечено в Мьянме, Беларуси и Уганде.

Основные виды цифрового авторитаризма

Онлайн-цензура

Проще всего государству ограничить свободу пользователей в сети блокировкой сайтов или отдельного контента. Для этого принимаются специальные законы. Чаще всего они позиционируются как меры, принимаемые против фейков и распространения недостоверной информации. Но в авторитарном государстве под действие такого закона попадает вся информация, неугодная действующей власти.

Примером является новый закон в России, который предусматривает штрафы до полутора миллионов рублей или лишение свободы до 15 лет за распространение фейков о действии вооруженных сил Российской Федерации на территории Украины.

В Беларуси в 2021 году, после масштабных мирных протестов и большой волны онлайн-солидарности против жестокости и насилия, были приняты новые поправки к закону о противодействии экстремизму. Теперь под экстремизмом понимаются не только действия, но идеология и практика, а за “экстремистский” комментарий в социальной сети люди получают реальные тюремные сроки. И в Беларуси и в России на законодательном уровне теперь закреплена ответственность за призывы к введению санкций.

Наблюдение онлайн

Самый яркий пример онлайн-слежки – наблюдение с помощью камер. В Китае их установлено 176 миллионов. С помощью программ распознавания лиц полиция за секунды может найти любого человека или отследить его маршрут. Такой функционал полезен, когда нужно найти преступника, но эта же система может использоваться и для подавления протестов. На территории Тибета, где до сих пор есть протестные настроения по поводу независимости от Китая, все пользователи мобильных телефонов и интернета должны обязательно быть зарегистрированы под своими настоящими именами. В знак протеста около сотни тибетцев совершили акт самосожжения, но несмотря на это с 2013 года такая система в Тибете реализована полностью.

В 2020 году под санкции Евросоюза попала компания Synesis. Она предоставила силовым органам Беларуси систему распознавания лиц Kipod, которая предположительно применялась для поиска участников мирных протестов против фальсификации выборов. В ЕС посчитали, что использование этой системы силовиками сделало компанию ответственной за масштабные репрессии белорусской власти по отношению к гражданскому обществу и белорусской оппозиции.

Еще один пример онлайн-наблюдения – сбор персональных данных. Например, регистрация на сайтах государственных услуг делается обязательной. Данные людей собираются, но никто не говорит, где и как они будут использоваться в дальнейшем.

Кибератаки

В 2020 году российские хакеры атаковали более 200 организаций, имеющих отношение к выборам президента в США. Кибератаки происходят не только на глобальном, но также и на местном уровне. Если власть видит, что кто-то стал слишком активным, можно отправить хакеров и обрушить сайт, увести аккаунт.

Еще один пример, программа Pegasus, разработанная израильской компанией NSO Group, которая производит ПО для кибер-слежки. Если Pegasus внедрили в телефон человека, то можно не только считать всю личную информацию, но также управлять этим устройством удаленно. Технологию не продают частными лицами или фирмам, а предлагают только государствам. Удачное вложение средств для цифрового автократа.

Онлайн-пропаганда

В российском контексте сразу приходит пример «фабрики троллей». Это агентство интернет-исследований со штаб-квартирой в Санкт-Петербурге, которое занимается распространением дезинформации и формированием альтернативного общественного мнения. Сотрудники агентства заводят фейковые аккаунты в крупных социальных сетях и онлайн-изданиях, а потом наводняют цифровое пространство своими смыслами, смешивают повестку, продвигают фейки.

В 2018 спецпрокурор США Роберт Мюллер передал в суд 37-страничный документ с подробными доказательствами вмешательства в процесс американского волеизъявления «фабрики троллей». Тролли воровали персональные данные американцев, создавали фейковых персонажей и сообщества, изображая реальных активистов, вкладывали серьезные средства в раскрутку этих сообществ в соцсетях и с их помощью организовывали уличные акции в поддержку Трампа и против Хиллари Клинтон.

Как защититься от цифрового авторитаризма

Как бы правители не стремились стать цифровыми диктаторами, не все государства так могущественны и сведущи в технологиях. Часто в государственной IT-сфере работает мало по-настоящему талантливых специалистов, многие блокировки можно обойти, а многие риски ограничения собственных прав минимизировать. Поэтому во многих случаях “базовая аптечка” рекомендаций против цифрового авторитаризма может быть действительно эффективна.

Кибер-гигиена

Используйте VPN. Эта технология позволяет сохранять конфиденциальность и делать вид, что находишься в другой доменной зоне. То есть, можно заходить на сайты, даже если они заблокированы в какой-то стране. Например, с подключенным VPN в Китае можно просматривать Facebook.

Telegram не нужно привязывать к телефону. Потому что в авторитарном государстве телефон легко может оказаться в руках полицейского и он сможет узнать пароль и авторизоваться в мессенджере. Еще проще сделать дубликат сим-карты и получить доступ к телефону и всей информации в нем.

Устанавливайте лицензионное программное обеспечение и антивирусы, вовремя их обновляя. Придумывайте сложные и разные пароли. Их рекомендуется хранить в менеджере паролей.

Больше рекомендаций можно найти в памятке по цифровой безопасности от Human Constanta.

Ответственность частных компаний

Если смотреть на уровень выше собственной безопасности, то ниточки ведут к корпорациям. Например, во время мирных протестов против фальсификации выборов в Беларуси в 2020 году власть отключала интернет во всей стране на несколько дней. Это удалось сделать благодаря покупке оборудования у американской компании Sandvine. Издание Bloomberg в августе 2020 года провело расследование и рассказало, что оборудование Sandvine установлено в нескольких местах Минска. Через него Национальный центр обмена трафиком управляет интернет-активностью в стране и может блокировать 40% всего входящего и исходящего интернет-трафика, внося в черный список до 150 млн URL-адресов. После того как эта информация стала доступна общественности, Sandvine отказалась в дальнейшем поставлять свои технологии в Беларусь.

Таким образом, технология, которая могла служить благим целям, используется для установления цифровой автократии и ограничения распространения информации. Защититься можно, если общественность будет обращать внимание на такое поведение частных компаний и привлекать к нему внимание.

Международный резонанс

Пытаться влиять на распространение цифрового авторитаризма можно через адвокацию на уровне государств. Достигнув международного консенсуса, можно пытаться оказывать давление на автократов с применением санкций.

Можно пошуметь в международных инстанциях. Например, в Европейском суде по правам человека рассматривают дела, связанные с прослушиванием телефонов. Решение международной инстанции позволяет еще раз громко заявить о том, что установить за человеком цифровую слежку и применять к ней иные меры, непропорционально ограничивающие ее цифровые права.

Авторитарные власти часто неповоротливы и недальновидны. Они редко придумывают что-то сами, а действуют в режиме реагирования, порой оглядываясь друг на друга. Важно следить за развитием цифрового авторитаризма и противопоставлять ему ценности свободного интернета и цифрового сопротивления.

Как Беларусь осталась без интернета. Главное

Belarus

В Беларуси практически полностью пропал доступ к сети: не работают основные соцсети, поисковики, мессенджеры и даже некоторые государственные сайты. Основным источником информации в сети остается мессенджер Telegram, создатель которого Павел Дуров заявил, что вводит меры, разработанные специально для этой страны. Би-би-си отвечает на главные вопросы о первом в Европе интернет-шатдауне в отдельно взятой стране.

Ограничения начались в день президентских выборов 9 августа и продолжаются третьи сутки. По официальной версии, виной тому кибератаки из-за границы. Такую точку зрения озвучил глава государства Александр Лукашенко.

Ее разделяет и интернет-провайдер «Белтелеком» — компания не выполнила обещание вернуть интернет к вечеру понедельника, 10 августа.

Неправительственная организация NetBlocks, напротив, считает, что в ограничениях виновато государство. На видео, опубликованном экспертами, видно, как резко, словно по команде, с карты Беларуси исчезают яркие пятна интернета.

Подобное происходит в Беларуси не впервые

В 2001 году во время президентских выборов были заблокированы независимые сайты с международными доменами. При этом через прокси (сервера-посредники) сайты продолжали открываться. Также в центре Минска на несколько часов прервалась мобильная связь.
В 2004 году во время референдума, позволившего Александру Лукашенко в третий раз баллотироваться на пост главы государства, независимые сайты снова оказались в «черном списке» провайдеров. Пользователи нашли выход из положения, воспользовавшись прокси. На этот раз блокировкам сопутствовали DDoS-атаки на сайты — при таком способе хакерских атак сервера наводняются ботами и в результате становятся недоступными для настоящих пользователей.
В 2006 году президентские выборы снова были отмечены блокировками и DDoS-атаками на независимые сайты, длившимися три дня — 2, 18 и 19 марта.
Самая масштабная до сегодняшнего дня блокировка произошла в 2010 году во время очередных президентских выборов: на несколько часов была прекращена работа порта SSL, который используется для установки шифрованных соединений c такими популярными сайтами, как «Фейсбук», «Твиттер», «ВКонтакте» и «Одноклассники», а также при отправке электронной почты. Ресурсы продолжали работать для пользователей, которые не заходили в свои аккаунты.

В 2019 году глобальная коалиция KeepItOn задокументирована 213 случаев целенаправленных блокировок интернета в 33 странах. Большая часть мер по ограничению доступа в сеть не затрагивала территорию всей страны, а была направлена на определенные города, регионы или группы населения.

Полные отключения интернета происходят редко. В ноябре 2019 года после массовых акций протеста в сеть не смогли выйти десятки миллионов жителей крупных городов Ирака. В том или ином виде блокировки были введены ещё в октябре и продолжались около 50 дней.

В ноябре в Иране произошли антиправительственные волнения из-за повышения цен на топливо. В ответ власти отключили интернет почти во всей стране на два дня. Это стало самым длительным «шатдауном» в истории страны.

Беларусь — первая европейская страна, где интернет пропал полностью. «Можно сказать, что это самое масштабное, массовое и серьезное отключение интернета в истории Беларуси», — сказала Би-би-си Яна Гончарова, представительница белорусской правозащитной организации Human Constanta.

Как власти Беларуси отключили интернет?

Обычно власти для ограничения доступа к сайтам рассылают провайдерам «черные списки» сайтов, и те самостоятельно фильтруют запросы пользователей к «нежелательной» информации. Пользователи обходят эти блокировки, создавая «зеркала» сайтов и меняя свои сетевые адреса.

Подпись к видео,

Беларусь. Что произошло за ночь после выборов

Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Реклама подкастов

В ноябре 2018 года власти Беларуси закупили технологию «полного анализа сетевых пакетов» (DPI) — это более продвинутая технология блокировок.

Информация между пользователями интернета и сайтами передается в виде пакетов трафика. Анализируя сетевые пакеты, интернет-провайдеры могут автоматически отсекать транспортировку нежелательной информации (например, вирусов или торрентов), а также демонстрировать пользователю рекламу в зависимости от содержимого его пакетов.

Би-би-си не удалось ознакомиться с полной версией тендерной документации из-за недоступности белорусского сайта госзакупок. Из обрывков информации следует, что заказчик оценил технологию в 2,5 млн долларов, исполнитель обязан оказывать гарантийную и техническую поддержку в течение трех лет, то есть до 2021 года, а также «проводить обучение». Состоялся ли тендер — неизвестно.

Но в российском Обществе защиты интернета, а также в белорусской организации Human Constanta считают, что власти используют для блокировок именно эту технологию.

В России внедрение DPI началось после принятия закона о «суверенном интернете». Весной 2019 года Роскомнадзор выбрал поставщиком технологии компанию RDP.RU (сейчас принадлежит «Ростелекому»). Пилотным регионом стал Уральский федеральный округ, где испытания прошли осенью того же года.

По результатам испытаний операторы отчитались о случаях снижения скорости и ухудшения качества сигнала, но заблокировать мессенджер Telegram не удалось, писал РБК. Когда начнется внедрение DPI в масштабах всей страны, пока неизвестно.

Пользователям удается обходить блокировки. Как?

Социальные сети и мессенджеры доступны для некоторых пользователей через анонимайзеры, виртуальные частные сети (VPN) или прокси-серверы. Все эти инструменты переадресуют запросы к сайтам и интернет-сервисам через каналы «внешнего» интернета, которые еще не заблокированы. По словам Яны Гончаровой, отдельная проблема — скачать эти инструменты в условиях шатдауна.

«Те, кто успел сделать это заранее, имеют более-менее доступ. Но у большинства людей доступа нет, они либо не умеют, либо не знают, что с этим [способами обхода блокировок] делать. Проводится массовое просвещение, люди делятся друг с другом установочными файлами разнообразных VPN, браузера Tor, что-то работает лучше, что-то хуже», — говорит она.

Браузер Tor предоставляет пользователям возможность заходить в интернет через «мосты» — непубличные сетевые адреса, о существовании которых цензор не догадывается. В первые дни шатдауна в Беларуси отмечен волнообразный рост числа пользователей «мостов».

Но для пользователей мессенджера Telegram этого не требуется. «Мы включили наши инструменты антицензуры в Беларуси, чтобы Telegram оставался доступным для большинства пользователей, — написал Павел Дуров. — Однако связь по-прежнему очень нестабильна, поскольку интернет иногда в стране полностью отключается».

Как авторитарные режимы отключают интернет и сколько им это стоит

Сто сорок миллионов долларов – именно столько потеряла экономика Беларуси только за три дня протестов с 9 по 11 августа 2020 года. И нанесли этот ущерб не протестующие, а сами власти, оставив десятимиллионную страну на двое с половиной суток без интернета.

Сумму в $140 миллионов удалось посчитать неправительственной организации NetBlocks. Разработанный ею калькулятор позволяет примерно оценить ущерб экономике от отключения интернета на основе широкого массива статистических данных.

Согласно исследованию компании Top10VPN, только в 2019 году преднамеренное отключение интернета обошлось мировой экономике более чем в 8 миллиардов долларов. А число крупных преднамеренных отключений выросло с 75 в 2016 году до 212 в 2019-м.

Блокировки происходят на национальном уровне по распоряжению правительств, но власти редко признают отключение интернета официально.

Среди самых блокируемых сайтов в мире – мессенджер WhatsApp, Facebook, Instagram, Twitter и видеохостинг YouTube.

Как отключить интернет

С мобильным интернетом все достаточно просто – власти дают указание оператору связи, и тот просто ограничивает пропускную способность интернета.

Австрийский холдинг А1, являющийся одним из операторов связи в Беларуси, так прокомментировал обвинения в цензуре: «А1 Беларуси не может предоставлять услуги связи без доступа к монополизированным государством сервисам. Национальная и международная, голосовая связь и интернет – все это находится под полным контролем госорганов. Невыполнение требований уполномоченных органов по снижению пропускной способности мобильного интернета может стать причиной более широкого спектра ограничительных мер».

С проводным интернетом сложнее, как правило, в государстве нет единого рубильника, дернув который можно было бы «обезинтернетить» страну, область или город.

В самой технологии нет ничего криминального, вопрос только в том, как ее используют. Американская компания Sandvine признала, что поставляла свое оборудование для фильтрации трафика в Беларусь, Казахстан, Россию, Узбекистан и еще в десяток стран, которые обвиняют в цензуре и блокировках интернета.

Так в Казахстане с 2016 года на пару часов блокируют или замедляют доступ к социальным сетям и мессенджерам в вечерний прайм-тайм – с 21:00. Именно в это время проводит прямые эфиры проживающий за границей оппозиционный политик Мухтар Аблязов.

Обходится это экономике примерно в один миллион долларов ежедневно.

Узбекистан периодически блокирует доступ к Facebook, YouTube и мессенджеру WhatsApp и тем самым наносит ущерб своей экономике в размере более $2 миллионов в день.

В Азербайджане 16 дней – с 27 сентября по 12 ноября 2020-го – не работали мессенджеры, соцсети и видеохостинги, в стране действовало военное положение из-за обострения конфликта в Нагорном Карабахе.

По самым скромным оценкам, экономика страны недополучила более $52 миллионов.

Обойти DPI помогает VPN – Virtual Private Network. Серверы VPN действуют как цифровой тоннель, проходя через который ваш трафик маскируется и даже шифруется. Провайдер может заблокировать, к примеру, ваш запрос на подключение к Facebook, но тот же запрос, пройденный через сервер VPN, уже выглядит как трафик из другой страны.

Компания Flexbby оценила потери российских компаний из-за попытки заблокировать мессенджер Telegram в миллиард долларов.

Почему отключение интернета стоит так дорого

Отключение интернета – это не просто неработающий Netflix или Twitter.
Интернет – это нервная система цифрового мира, и периодические шатдауны имеют как краткосрочные, так и долгосрочные последствия, а негативный эффект усугубляется карантином, в котором пребывает большинство стран из-за пандемии.

Самое очевидное последствие – это невозможность получить ту или иную услугу или товар. Курьеры не возят еду, интернет-магазины не продают товары, школьники и студенты не могут учиться. Товарно-денежные отношения поставлены на паузу, а значит, на паузе и поступление налогов в государственную казну.

Из-за блокировки одного сервиса могут пострадать и другие, не связанные с ним. Например, очень многие сайты и сервисы позволяют логиниться через Facebook или аккаунт Google. Все они тоже окажутся недоступны из-за блокировки.

Негативно сказываются блокировки и на инвестиционной и технологической привлекательности государства. Так, после многодневных перебоев с интернетом многие IT-компании Беларуси поспешили перевести свой бизнес в другие страны. Среди крупнейших – мессенджер Viber, резидент Парка высоких технологий.

Только в соседнюю Украину переехали более 1200 белорусских айтишников, и число вынужденных переселенцев растет.
Недополученную прибыль компаний и налоги еще только предстоит подсчитать.

Отключение интернета или ограничение доступа к отдельным сайтам вроде Twitter или Facebook становится новой нормой. В попытках ограничить распространение информации или подавить протесты власти по всему миру все чаще прибегают к подобным мерам: на красную кнопку жали и в Египте, и в Китае, и в Турции, и даже в Испании во время протестов в Каталонии.

В 2011 году ООН признала доступ к интернету одним из прав человека.
И попирать это право с каждым годом все дороже и дороже.

Почему в разных странах продолжают ограничивать интернет и к чему это приведет

Сейчас мы наблюдаем развитие очень важного для текущей эпохи противоречия. Оно заключается в том что существование интернета противоречит существованию государств. Любых государств.

Дело в том, что государство — это юрисдикция на определенной территории. Когда ты пересекаешь границу, ты начинаешься подчиняться законам, принятым в этих границах. Государство контролирует свою территорию и не пускает на нее другие государства.

А в интернете никакой территории нет. Ну то есть физически конечно все компьютеры где-то расположены, но в виртуальном пространстве это не заметно. Все находятся везде, все имеют доступ ко всему.

И это впрямую противоречит тому как устроено государство. Потому что появляется возможность нарушителю законов одного государства делать это удаленно, находясь на территории другого. Он может оттуда рассылать спам, вымогать деньги, взламывать системы, рассылать информацию, которую другое государство желает цензурировать.

И в итоге государства начинают активно бороться с интернетом. Не только в России, разумеется. Я помню, когда API фейсбука приводили в пример Вконтакту как более открытое. А потом в США начался политический кризис, связанный с выборами Трампа, и Фейсбук зарегулировали таким образом, что для использования его API нужно пройти неимеверное количество бюрократии. Я когда несколько лет назад пробовать делать приложения, интегрированные с фейсбуком, в итоге просто отказался от этого. Надо совершать кучу бесссмысленных действий, и никаких гарантий, что тебе дадут этот доступ.

Но проблема в том, что интернет уже существует. Он уже связывает человечество воедино. Люди уже посмотрели друг на друга на ютубе, и видят, что люди везде примерно одинаковые. И тем меньше понимают, если все настолько одинаковые, то зачем их настолько разделять.

Нет, безусловно, есть культурные различия. Но чем больше люди обмениваются информацией друг с другом, тем больше их культуры выравниваются. Они друг друга взаимообогащают и становятся все больше похожи друг на друга.

Глобализация — это уровень информационных и транспортных технологий. За последние 50 лет эти технологии развились чрезвычайно и продолжают развиваться. Объективная реальность приводит ко все большему объединению человечества. Но накопившиеся на протяжении истории противоречия все еще существуют и приводят к попыткам остановить это объединение.

Мне кажется объединение победит. Не знаю когда и с какой скоростью. Но аргументация «почему они не мы, а мы не они» звучит все менее и менее убедительно. Потому что становится все проще сравнить «их» и «нас» — и не увидеть разницы.

Из всего вышесказанного, кстати, не следует что если интернет победит государства, то воцарится анархия. Просто если общество становится глобальным, то и система управления станет глобальной.

У меня есть афоризм насчет конспирологии про мировое правительства. Он состоит из двух пунктов:

Мирового правительства не существует.
Это очень плохо, что его не существует, его надо создать!

На самом деле это не афоризм, на мой взгляд, если планета становится единым обществом, то и система управления этим обществом будет единой. Я кстати при этом вовсе не говорю про США. Возможно, у США и был шанс создать мировое правительство, но тогда им следовало включить в НАТО Россию и Китай еще в 90-х и распределить между ними власть над миром.

На самом деле, мировое правительство по определению не может быть властью одного государства. Оно если и будет, то будет обладать совсем другой формой. Может оно возникнет на базе БРИКС. Может ООН. Может к тому времени когда оно появится, будут вообще другие международные структуры. Это пока невозможно предсказать.

В любом случае в ближайшие годы будет продолжаться как процесс объективной глобализации, так и процесс борьбы с ней. Государства будут с одной стороны пытаться сохранить свои юрисдикции, с другой стороны искать пути интеграции друг с другом, раз это позволяют технологии. Будут дальнейшие попытки создания надгосударственных структур. Будет продолжения взаимного влияния разных культур друг на друга.

Безусловно, это не означает, что весь мир станет монокультурным и везде будут одинаковые правила. Без разнообразия цивилизация утратит способность к выживанию. Но эти культуры и эти правила будут распределены не так как сейчас. Не знаю точно, как, но возможность жить по-разному все-таки сохранится.

P. S. Кстати, одно из следствий развитие ИИ заключается в том, что он скорее всего окончательно убьет анонимность в интернете.

Потому что люди и так страдают от спам-ботов и скам-ботов. А благодаря ИИ они становятся настолько умными, что становится критически важно знать, что тебе пишет реальный, живой, подтвержденный человек.

И в итоге все больше народу будут только за тотальную идентификацию людей в интернете. Потому что спам и мошенники всех достали. Анонимность все больше будет уходить в «даркнет», где никто не гарантирует твою безопасность.

Впрочем, полагаю, никнеймы иметь не запретят. Они прикольные. Но при этом рядом с никнеймами будет висеть галка «да, это живой человек из такой-то страны».

Надеюсь анонимные имиджборды тоже уцелеют. Просто от них потребуют вешать предупреждения «здесь все анонимусы, никому не верь».

Главное, не уничтожить культуру анонимности целиком. Она очень интересна и позволяет создавать удивительные коллективные произведения. Надо только понять, как ее совместить с безопасностью. Интересно, какие появятся решения в этой области.